ФГБУК "Государственный фонд кинофильмов Российской Федерации"
rus_eagleФедеральное Государственное
Бюджетное Учреждение Культуры
Учредителем и собственником
имущества Госфильмофонда является
Российская Федерация

Новости

Статья Бориса Тосуняна о пресс-конференции Дней российского кино в Вене

konchalovski-012

Андрей Кончаловский

Статья журналиста, члена союза зарубежной прессы в Вене, Бориса Тосуняна о пресс-конференции Дней российского кино в Вене 10 декабря.

Андрей Кончаловский:

«Русское кино сделано для людей, которые не жуют»

В Вене прошли дни российских фильмов. Фестиваль был  организован Госфильмофондом РФ, на нем был показан в том числе новый фильм Андрея Кончаловского «Рай», который получил «Серебряного льва» в Венеции, а  в России выйдет на экраны в начале 2017 года. Перед премьерой в Австрии ее режиссер рассказал представителям прессы о своих взглядах на ряд проблем. Вот некоторые выдержки из беседы мастера с нами, журналистами.

(О Госфильмофонде). Еще 20 лет назад Госфильмофонд был только хранилищем. Сейчас во время цифрового века и доступности любой информации, увы, укорачивается память, люди не хотят ничего помнить. К примеру, я не знаю наизусть номера телефона моей жены. Просто нажимаю кнопку и все. Поскольку укорачивается память, сегодня можно извратить все, что угодно. Это видно по тому, как разрушаются памятники в некоторых западных странах. А вот Госфильмофонд борется за сохранение памяти. И это очень важно.

(О русском и американском кино). Дни российского кино в Вене прошли успешно. Мест в кинозалах, в отличие от прошлых лет, не было. То, что к русской культуре растет интерес – это нормально. Просто потому, что настолько идет сильный антирусский накат, много чернухи от наших западных коллег, что у людей появляется протест. Нормальные люди они же знают правду. Русское кино всегда было немножко другим, особенным. Оно и остается особенным. Конечно, при перестройке у нас, к сожалению, возник американский кинозритель. В 16-18 лет что хочется: попкорн и какое-то американское кино. То есть кино для людей, которые жуют. Русское же кино сделано для людей, которые не жуют. Когда я снимал кинокартину «Щелкунчик», которая провалилась, мои американские продюсеры просили меня: надо погромче. Почему?- спрашиваю у них. Отвечают: да потому что зрители у нас жуют и из-за этого плохо слышат. А ведь большое искусство, как правило, говорит шёпотом.

(О фашизме). Почему в последнем фильме обратился к теме фашизма? Никаких причин. Я вообще не поклонник слова актуальность. Это для политиков. Для искусства актуальности не существует. Мне кажется, что актуально, прежде всего, то, что волнует. Знаете, мы уже не знаем, что такое демократия. Я, например, представляю, что демократия нечто другое, чем то, что сейчас происходит в мире. Демократию хотели сделать в Ливии, Ираке, а получилась – катастрофа.

(О пользе цензуры). Даже в самом ужасном я вижу позитив, потому что в ужасной ситуации есть некий смысл. Поэтому даже про революцию нельзя сказать, что она была тотальным злом. Конфликт между отрицательным и положительным должен решаться компромиссом. Нам, русским людям, это сложно дается, у нас либо — черное, либо – белое. Я убежден, что свобода никакой гарантии для создания шедевров не дает. Великие шедевры были созданы в условиях диктатуры, инквизиции, страшной царской, либо советской цензуры. Она помогает художнику, а не мешает. Сейчас права человека поставили над его обязанностями, а это разрушительно для европейской философии. Обязанности человека, на мой взгляд, выше.

(Почему вернулся из США). Почему я уехал в Голливуд почему-то никто не спрашивает. Все спрашивают, почему я вдруг  вернулся в Россию. Я приехал в Голливуд на его закате. Еще успел застать тот период, когда денежные мешки с Уоллт-стрит не обратили еще своего алчного взора на те прибыли, которые Голливуд может давать. В годы своего расцвета Голливуд обогатил сначала Европу, на что в сороковые годы Европа ответила взрывом кинематографа. Если вспомнить великих американских писателей, то они практически все жили в Париже одно время. Словом, они питались европейскими корнями. И великая американская классическая литература родилась на европейской основе. Когда я приехал в Америку, снималось много картин, они не были дорогими. Ну а потом случилась катастрофа. Лукас снял «Звездные войны». Неожиданно одна картина принесла миллиард  долларов прибыли. Сегодня Голливуд делает картины для тинейджеров, он забыл родителей, не говоря уже о дедушках и бабушках. Короче, уехал я из Голливуда, так как мне места там не осталось.

(О совместных с Австрией постановках). Я не думаю, что это так необходимо. Раньше было необходимо, потому что мы хотели поехать за границу, куда иначе было сложно попасть без служебной командировки. Поехать, чтобы съесть торт «Захер» в Вене можно ныне и без постановки. Конечно, как русские войска Суворова шагают через Альпы, это была бы интересная совместная постановка. Впрочем, важны не совместные постановки, важно, чтобы мы делали картины, которые нам было бы интересно смотреть. Я не верю, что красота может спасти мир, но на пять минут сделать человека лучше она может. А этого достаточно.

( О фильме «Левиафан»). Художник не может высказываться по поводу другого художника вслух, а дома он может сидеть на кухне и материться. Звягинцев, в принципе, очень талантливых человек. Скажу так: ему помешало, на мой взгляд, что Европа его вознесла до небес после первой картины. Нашли нечто новое. Это маркетинг. Причем маркетинг тупой. Он человек мудрый, я надеюсь, он избавится от того, куда его заталкивает слава.

(О переплетении культур). Любая культура, как и язык, пахнет, то есть имеет форму и запах. Я делал картину на трех языках. Плюс идиш. Поэтому, можно сказать, это самый коммерческий фильм, который я создал. Дело в том, что  времени жевать попкорн в данном случае нет, надо постоянно  включать мозги, потому что надо читать субтитры. Я уверен, что произведение искусства имеет запах. Что не имеет  запаха? Его не имеет Голливуд. Потому что это не американское кино, а коммерческое. Это приблизительно то же самое, что сказать, Макдональдс  — американская еда. Нет, не американская вовсе,  а продукт для продажи. Американская же еда — лимонад и пирог из тыквы. В этом смысле, когда я делаю картину,  пытаюсь угадать запах, который исходит от фильма. Греция, когда я делал «Одиссею», в моем представлении —  ветер, оливковое масло, песок, кожа. Когда я делал «Рай», то у этой ленты есть три специфики, три культуры, которые как-то переплелись. Французская – чувственная, немецкая — идеалистичная, российская – гуманная, духовная.

(О публичности семьи и частой критике). Вот вы спрашиваете: Вы поменяли позицию? Каждый человек имеет право менять точку зрения. Умный, когда учится, то свою позицию меняет. Нашу семью обсуждают, потому что мы публичные фигуры, по наследству. По наследству уважение не передается, но публичность может передаваться, что не во всех случаях бывает позитивно. Поэтому я своих детей стараюсь сделать максимально анонимными. Что касается ругани, то  у Владимира Владимировича  Путина есть прекрасная фраза: «Мы на посторонние раздражители не реагируем».

Борис Тосунян, российский журналист, главный редактор интернет-портала bobsoccer.ru, член союза зарубежной прессы в Вене

Фото: Борис Тосунян

( Орфография и пунктуация автора сохранена. )

Так же
«Владислав Ардзинба. Драма победителя» в кинотеатре «Иллюзион»
История человека, история народа
«Счастливый неудачник» в «Ленинградском киноклубе»
Российское кино в Австрии