ФГБУК "Государственный фонд кинофильмов Российской Федерации"
rus_eagleФедеральное Государственное
Бюджетное Учреждение Культуры
Учредителем и собственником
имущества Госфильмофонда является
Российская Федерация

Новости

Новый глава компании – о ее будущем, правах на коллекции и ситуации в текущем кинопрокате

ВЯЧЕСЛАВ ТЕЛЬНОВ: «В ГОСФИЛЬМОФОНД НУЖНО ПРОСТО ВДОХНУТЬ ЖИЗНЬ»
Новый глава компании – о ее будущем, правах на коллекции и ситуации в текущем кинопрокате
2017-й завершился не только рекордами нового российского кино, но и реформой кино старого. На протяжении почти двадцати лет возглавлявший Госфильмофонд РФ Николай Бородачев лишился своего поста. Главой крупнейшего российского архива стал теперь уже бывший директор департамента кинематографии Министерства культуры РФ Вячеслав Тельнов. БК поговорил с ним о его первых шагах в новой должности, будущем Госфильмофонда, правах на коллекции советских фильмов и непростой ситуации в текущем кинопрокате.

Как бы вы оценили текущее состояние Госфильмофонда? Какие основные проблемы сейчас есть у организации?

Чтобы оценить состояние Госфильмофонда, мне нужно поработать в нем как минимум полгода. Когда меня назначили на новую должность, я прошел всю территорию этой огромной организации, посмотрел хранилища – везде стерильно, как в поликлинике, люди работают. Это уникальнейший, крупнейший в мире киноархив, настоящий клад. Но точно могу сказать: не хватает Госфильмофонду того, что он должен быть живым организмом, помимо хранения пленки, там должна идти какая-то жизнь, чтобы о его работе знали не только профессионалы и научные работники, но и простые зрители. Тем более для этого есть прекрасный кинотеатр «Иллюзион», который также принадлежит Госфильмофонду. Мне кажется, эта площадка должна стать если не модной (не очень люблю это слово), то уж точно значимой в Москве. Думаю, мы также будем развивать систему синематек – показы архивного кино с лекциями, выступлениями, с какой-то изюминкой.

По вашему мнению, каким должен стать «Иллюзион»?

Естественно, мы будем ориентироваться на показы архивного кино, ретроспектив. Помню, когда я был мальчишкой, то ходил в Ленинграде в кинотеатры с такими показами – там очереди стояли, билетов было не достать. Сейчас зритель, конечно, избалован кино, поэтому нужно потратить определенное количество усилий, чтобы сделать такую площадку, как «Иллюзион», интересной широкому кругу. Мы будем разрабатывать концепцию развития кинотеатра и готовы прислушаться к мнению киносообщества, к его подсказкам. Терять подобное заведение в центре Москвы, имея такой киноархив, было бы странно. Помимо ретроспективных показов, в «Иллюзионе» также можно проводить и какие-то премьеры – не обязательно блокбастеров, а, возможно, авторского кино, творческие встречи с нашими кинематографистами. В общем, будем думать на эту тему.

Последнюю пару лет у Госфильмофонда была еще международная активность – например, фестиваль в Ницце. Это будет продолжаться?

По штатному расписанию у Госфильмофонда действительно есть много представительств в Западной Европе. Но в их эффективности (не только экономической, но и, скажем так, художественной) мне еще предстоит разобраться. Я буду смотреть каждое направление и достаточно осторожно подходить к этому. Не просто чтобы был фестиваль в Ницце, куда бы все выехали. Есть министерство культуры, которое и так замечательно проводит различные Дни российского кино по всему миру. Так что нужно будет разбираться в зарубежных активностях и понимать, что надо продолжать именно Госфильмофонду, а что – нет.

Вообще, на ваш взгляд, должно ли развиваться международное сотрудничество Госфильмофонда, например, с другими архивами, музеями кино, синематеками?

Конечно, и оно обязательно будет. Нам необходимо обмениваться с зарубежными институциями не только картинами, но и опытом. Это одно из приоритетных направлений развития.

Госфильмофонд финансируется отдельной строкой в бюджете. Достаточная ли это сумма для функционирования организации?

Безусловно, нет. Госфильмофонд вправе зарабатывать деньги самостоятельно – и продажей коллекций, и производственной деятельностью. Средств, которые дает государство, хватает на переоборудование и выплату заработной платы. Но рассчитывать только на бюджетные деньги, конечно, не стоит.

А как может зарабатывать Госфильмофонд? Чем он может заинтересовать потенциальных инвесторов и частные компании?

Оцифровка киноматериалов, печать копий, реставрация негативов – все, что связано с кинопленкой. Сейчас мы будем добиваться того, чтобы в Госфильмофонде был, скажем так, законченный цикл этой работы – от реставрации до оцифровки с выходом на телевидении. Пока такого конечного пункта нет. Кроме того, нам нужно приложить все усилия, чтобы клиент пришел в Госфильмофонд, заказал, условно говоря, фильм 1955 года и получил его на том носителе, который ему нужен.

Могут ли получить продолжение программы реставрации и оцифровки картин по заказу российских кинокомпаний? Как было, например, когда Сергей Сельянов и СТВ оцифровывали фильмы Алексея Балабанова.

Да, это важная часть сотрудничества Госфильмофонда и киносообщества. Часть оцифровки и реставрации мы делаем по госзаданию, а часть действительно заказывают студии или режиссеры. Тот же Сергей Сельянов с фильмами Балабанова. Или сейчас, например, Александр Николаевич Сокуров попросил нас оцифровать свой фильм «Элегия». Оцифровка и реставрация могут происходить как за счет бюджетных средств, так и за счет частных. Если говорить о бюджетных деньгах, то это сегмент плановой работы Госфильмофонда, а вот частные запросы на оцифровку и реставрацию, на мой взгляд, должны все-таки в будущем стать одной из основных строк дохода организации.

По госзаданию ваша организация должна оцифровывать и реставрировать какие-то определенные фильмы? Или, может быть, есть какое-то четкое количество картин, которые нужно сделать в течение года?

Такого нет, хотя мне кажется, что четкие показатели не помешали бы для оценки эффективности работы организации. Пока же есть только определенная сумма, которую можно потратить на эти цели. А уж что реставрировать и оцифровывать, решает сам Госфильмофонд. Реставрация негативов у нас происходит нон-стоп. Пленки устаревают, за ними надо следить. К тому же из девятнадцати хранилищ два хранят нитропленку, что по сути – взрывчатые вещества, требующие особых условий хранения (температурный режим, влажность), за этим тоже нужно следить и поддерживать. Могу заверить, что вся коллекция Госфильмофонда, начиная с конца девятнадцатого века и до сегодняшнего дня, находится на должном уровне хранения.

Если говорить о современных фильмах, то в прошлом году, когда вы еще были директором департамента кинематографии, планировалось упростить процедуру сдачи пленки в Госфильмофонд. Эта мера все еще актуальна?

Да, мы думаем, что вопрос с исходными материалами для подачи в Госфильмофонд будет решен в сторону упрощения этой процедуры. Захочет продюсер сдать картину на пленке – пусть сдает, захочет на «цифре» – его право. Наверное, будет 20–30 фильмов в год, которые нужно сохранить именно на пленке. Какие это фильмы – решит комиссия, состоящая из профессионалов. Вероятно, это должны быть особо значимые картины, фильмы-блокбастеры, образцы авторского кино. Но все 120 фильмов в год, часть из которых – одноразового показа, думаю, на пленке сохранять особо не имеет смысла.

Не тяжело ли будет законодательно это все прописать?

Для этого никакой закон менять не нужно, только если какие-то постановления. В любом случае мы пока прорабатываем данную идею и пытаемся понять, как это можно законодательно оформить.

Когда вы были директором департамента кинематографии, вы вообще много сотрудничали с Госфильмофондом? Были ли какие-то общие темы и проблемы? Поможет ли в их решении ваш опыт?

Безусловно, сотрудничали. Тот же фестиваль в Белых Столбах проходит при финансовой поддержке министерства культуры. Я знаю, чего не хватало. Но пока был другой руководитель, были свои идеи, свои планы. А сейчас что-то нужно менять.

Так что именно?

Жизнь добавить в абсолютнейший бренд. Пока я только погружаюсь во все вопросы, от такого периода никуда не деться. Госфильмофонд – это огромная махина, где работает шестьсот человек. Так что нужно все внимательно изучить.

В одном из интервью вы еще сказали, что не против того, чтобы Музей кино стал частью Госфильмофонда.

Да, мы будем рассматривать этот вариант. Его предложил Никита Сергеевич Михалков. Мы с ним и с министром культуры Владимиром Ростиславовичем Мединским еще обсудим это предложение, поймем, эффективно ли будет такое объединение. Так что пока об этом рано говорить.

Одной из первых причин, повлиявших на кадровые перестановки в Госфильмофонде, стало увольнение Петра Багрова. Встречались ли вы уже с ним?

Пока нет, но планирую. Сейчас он занят работой в Музее кино. Но надеюсь, у нас получится встретиться.

Насколько профессионален сейчас кадровый состав Госфильмофонда? Есть ли какие-то слабые места?

Конечно, есть. Мы будем усиливать некоторые направления под ту концепцию, которую я в скором времени сформулирую. Есть люди, которые выполняют свои обязанности хорошо, есть и другие. Ротация будет происходить, так как нужно обновляться и перезагружаться. Сейчас я уже понимаю, что необходимо усиливать отделы, связанные с оцифровкой, с доведением фильмов из нашей коллекции до зрителей. Планирую привлекать молодых специалистов, они уже есть в Госфильмофонде, они отлично работают. Думаю, их будет больше – обновление и перезагрузка необходимы.

Как бы вы оценили деятельность предыдущего руководителя Госфильмофонда Николая Бородачева?

Оценку сделает правительство Российской Федерации, с моей стороны это было бы не очень корректно. Я с большим уважением отношусь к Николаю Михайловичу Бородачеву. Он проработал на этом предприятии шестнадцать лет, сохранил коллекцию, архив, все хранилища находятся в надлежащем состоянии.

Будет ли продолжаться фестиваль архивного кино в Белых Столбах? Если да, то в каком формате?

Он перенесен на октябрь, потому что сейчас нет времени на надлежащую подготовку, как я считаю. Все-таки это юбилейный год для Госфильмофонда. К осени мы подготовимся, выработаем концепцию. Вполне возможно, что фестиваль будет расширен и пройдет на нескольких площадках, в том числе и в Москве.

Какая ситуация сейчас с правами на коллекции фильмов советских киностудий – в частности, «Союзмультфильма» и «Ленфильма»?

Имущественные права на эти картины по-прежнему остаются у государства. Так как «Союзмультфильм» является государственной компанией, соответственно, там вопросов с правами уже почти не возникает. Они останутся у государства. Был вопрос, связанный с реализацией интернет-прав. Мы сейчас его урегулируем. В течение ближайших двух недель будет заключен договор – на условиях, эффективных и для «Союзмультфильма», и для Госфильмофонда. С «Ленфильмом» ситуация сложнее, так как он уже не является государственной студией, не считается правопреемником. Но я уверен, что нам и здесь удастся выработать консенсус. Если какие-то права будут в ближайшее время освобождаться, мы, естественно, на не безвозмездных, а на договорных условиях передадим их «Ленфильму», чтобы он, условно говоря, стал дистрибьютором этих картин и часть средств от своего распоряжения ими перечислял Госфильмофонду.

Если говорить об этой коллекции, то о каких суммах идет речь?

Каждый год коллекция «Ленфильма», как и вообще всех студий, снижается по стоимости на 20–30 процентов, так как появляется много нового контента. В дальнейшем эта цифра будет продолжать падать. Конечно, какие-то деньги коллекция приносит, но это уже далеко не те суммы, которые были, например, в 2003 году, когда коллекция «Мосфильма» стоила 8–10 миллионов долларов, а «Ленфильма» – порядка трех.

Когда была история с реформой «Ленфильма», коллекция называлась одним из существенных источников дохода.

Как основный источник ее рассматривать, конечно, было нельзя. Как одну из статей доходов – вполне может быть.

Еще некоторое время назад в связи с Госфильмофондом ходили слухи о том, что именно оттуда некоторые новые российские картины могли утекать на торренты. Действительно ли такое имело место?

Отследить, откуда ушла копия того или иного фильма, довольно легко. Если бы были такие случаи, то, думаю, правообладатели обратились бы в суд. А так это пустой разговор. Госфильмофонд – абсолютно закрытая организация, чтобы даже директору туда попасть, нужно проехать два поста охраны и показать удостоверение. А чтобы там появились случайные люди, занимающиеся пиратством, это просто невозможно.

Как вы сейчас, уже будучи на новом посту, смотрите на ситуацию, которая развивается в министерстве культуры относительно движения дат релизов?

Министерство культуры работает над этим механизмом – встречи с продюсерами, прокатчиками проходили в спокойном режиме, скандалов практически не было. Возможно, возник момент, связанный с САЛЮТОМ-7 и ВРЕМЕНЕМ ПЕРВЫХ, когда действительно нужно было разводить два этих релиза. Но, как оказалось, все были правы, всем это пошло на пользу и оба фильма прекрасно выступили в российском прокате с разницей в полгода. Я уверен, что преференции хорошим российскими картинам надо делать. И после встреч с представителями киносетей и кинотеатров, с дистрибьюторами я осознаю, что это все прекрасно понимают.

Но в таком случае вдвойне странно выглядят ситуации с теми же ПРИКЛЮЧЕНИЯМИ ПАДДИНГТОНА 2 и СМЕРТЬЮ СТАЛИНА.

Здесь, мне кажется, больше виноват руководитель «Вольги». Мы встречались с ним, по-человечески обсуждали прокатную судьбу двух этих фильмов. Потом человек исчез, даже не поинтересовался, даем ли мы «прокатку» и на какое число. К релизу СМЕРТИ СТАЛИНА (фильма, имеющего неоднозначную оценку) мы изначально предлагали вернуться уже после выборов. Но дистрибьютор отказался и опять пропал. На моей памяти это первый случай, когда мы не то что не договорились, а просто кто-то не услышал позицию другой стороны.

Чего, на ваш взгляд, в целом не хватает нынешней индустрии для ее дальнейшего развития и для популяризации наследия отечественного кинематографа?

Я семь лет проработал в департаменте кинематографии и видел, как все развивалось, отрасль практически поднялась с колен – причем в условиях минимального финансирования. Оно такое же, каким было десять лет назад при курсе доллара в 30 рублей, а не с сегодняшним, в 60. То есть финансирование по большому счету даже сократилось. Но мы прекрасно видели, какие шаги предпринимало государство для развития отрасли. Очень хорошая история получилась в итоге с Фондом кино, министр очень много сделал для популяризации и развития российского кинематографа. Да, есть масса недовольных. Но посмотрите на результат: в 2017 году рекордное количество сборов, доля российского кино поднялась. Фестивальное кино тоже развивается. Фильм Алексея Германа-младшего в Берлине. Надеюсь, Сергей Дворцевой тоже скоро завершит свою картину и порадует фестивальную публику. Еще, кстати, большая заслуга министерства культуры, на мой взгляд, в том, что раньше в прокат выходило мало отечественных фильмов, а сейчас практически все картины, созданные при финансовой поддержке Минкультуры, так или иначе доходят до зрителя. Конечно, нельзя забывать и о наследии нашего кинематографа, ретроспективах. В этом, я думаю, Госфильмофонд будет активно участвовать, развиваться и крепнуть. Мы готовы к сотрудничеству со всеми.

источник: Метрополитэн Медиа
текст: Мария Токмашева

Так же
Премьерный показ фильма «Чайковский. PRO et CONTRA» и мастер-класс Бориса Эйфмана
В Москве и Петербурге прошли показы реставраций Григория Козинцева
Стереокино в годы войны и первые послевоенные годы
Показ фильма Ивана Александровича Пырьева «В шесть часов вечера после войны»